Игорь Брагин

Брагин Игорь Владимирович

Родился в 1967 году в г. Жигулевске. В 1995 году окончил художественно-графический факультет Тольяттинского педагогического университета. Участник художественных выставок с 1991 года. С 1991 по 2018 год прошло более 50 выставок в городах: Жигулевск, Тольятти, Сызрань, Самара, Набережные Челны, Нижний Новгород, Чебоксары, Париж, Гамбург, Великобритания, Бельгия и других. Картины хранятся в частных коллекциях любителей искусства России, Румынии, Швейцарии, Швеции, Японии, Великобритании, Бельгии, Германии, США и многих других стран. Член творческого союза профессиональных художников.

Мне особенно нравится живопись маслом, потому что она является мощным средством самовыражения. В живописи есть нечто бесконечное, нечто восхитительное, что передаёт настроение. В красках заложены скрытые созвучия и контрасты, которые взаимодействуют сами по себе и которые можно использовать только для выражения настроения.

Обычно художнику трудно говорить о себе и своём творчестве, только картины, созданные художником, могут рассказать о нём, о его личности и мастерстве. Я, например, пишу то, что чувствую, и не стараюсь приукрашивать свои чувства, потому что украшения, всякого рода похожие на пустые красивые слова — это внешняя оболочка, которая мешает разглядеть истинное лицо художника.

Я стремлюсь в самой простой форме выразить свои чувства и мысли и в то же время не скатиться в примитивность. Я воспринимаю природу, всё видимое, весь окружающий мир только как источник вдохновения, и своё восприятие всего этого в самой простой форме выражаю на холсте. Я живу в мире образов и пишу, потому что не могу не писать. За работой я не думаю о том, за сколько продам свою картину и понравится ли она кому-нибудь. Ещё одно важное правило для меня — рисовать только то, что я люблю. Если я не полюблю то, что рисую, у меня ничего не получится. Чувства, которыми владеет художник во время работы, должны наполнять картину. Именно в ценности этого чувства заложена цельность картины, её сила. Для меня во время работы вдруг возникает очень конкретная задача: я должен усилить асимметрию головы, туловища, руки, кисти, стены, стола, окна, стула. То есть ради композиции, с целью усиления правды, я деформирую пропорции фигур. Мой метод работы — попытаться объединить две неопровержимые реальности: конкретную и абстрактную. Я считаю, что в результате столкновения этих двух реальностей рождается великое искусство. Великое искусство — это самое прекрасное переплетение абстрактного и конкретного. Это можно найти и у Рембрандта, и у Пикассо. Однако представление об этом у каждого художника своё. Проблема состоит в том, чтобы найти разумную меру этому переплетению. Решение проблемы зависит от характера художника.

Я уверен, что искусство — это такое приближение к правде, что оно порой даже сильнее правды. Сильнее, потому что оно отрешено от мелочей, более целостно, более наполнено чувствами и переживаниями. Поэтому правда, не вдохновляющая художника, не может взволновать никого.

В поисках своего стиля я совершаю эксперименты с цветом, формой, материалом, пространством, стараясь при этом сохранить простоту и целостность формы, обобщённую пластику и раскраску, порой доходящую до наивности. Но это, на мой взгляд, лишь усиливает внутреннюю содержательность и магию произведения.

Однажды я прочитал интересную мысль, что якобы на третьей стадии написания картины она начинает жить своей жизнью и может даже изменять сюжет. С тех пор мне многое стало понятно, и я не мешаю картинам делать то, что им заблагорассудится. Я осознаю, что имею дело с живым существом, которое скоро перестанет зависеть от меня и уйдёт в этот мир, став его частью… Я могу только помочь ему на первом этапе, дальнейшее от меня не зависит.

Мир богат чувствами, эмоциями, цветом, энергией и многим другим. Каждый человек видит и чувствует это по-своему. Моя цель — выразить это в своих работах, чтобы любой человек понял этот мир и сопереживал со мной. Если мне удастся вдохнуть в мои «вещи» тепло и любовь, они найдут себе друзей.